По словам высокопоставленных дипломатических источников и собеседников Hurryiett в сфере безопасности, события развивались следующим образом. В конце апреля начальник турецкого генштаба генерал Хулуси Акар заявил Эрдогану, что существует канал, который может быть использован для решения кризиса. Акар имел в виду Джавита Чаглара, главу компании Nergis Holding, у которой есть текстильный бизнес в Дагестане.
Чаглар занимался политикой в 1990 годы, когда работал в правительстве турецкого премьера Сулеймана Демиреля. Акар рассказал Эрдогану, что бизнесмен знаком с главой Дагестана Рамазаном Абдулатиповым. Глава республики, в свою очередь, имеет контакты с президентом России Владимиром Путиным через его советника Юрия Ушакова, говорил Эрдогану глава Генштаба.
Калын был назначен контактным лицом от Турции в переговорах с Ушаковым. Он написал проект письма Эрдогана Путину. После этого, как пишет Hurriyett, через Чаглара и Абдулатипова началась челночная дипломатия, в рамках которой текст письма был несколько раз отредактирован в мае и июне.
22 июня посол Казахстана в Анкаре Жансеит Туймебаев срочно позвонил Калыну. Он рассказал ему, что Назарбаев встретился в Санкт-Петербурге с Путиным и что если Эрдоган готов написать письмо, то Путин готов его принять. Издание отмечает, что турецкий лидер хотел нормализации отношений с Москвой, но не был готов отправить письмо со словами «прошу прощения» (apology) и «компенсация».
23 июня Туймебаев снова срочно позвонил Калыну. Он рассказал, что Назарбаев приземлился в Ташкенте и утром следующего дня встретиться с Путиным в рамках саммита ШОС. Посол рассказал, что если бы письмо было готово к этому моменту, даже с небольшими правками, то это могло бы положить конец кризису российско-турецких отношений. Калын немедленно сообщил об этом Эрдогану, который в свою очередь вызвал к себе генерала Акара.
В это же время Калын вместе с российскими переводчиками и дипломатами из посольства Казахстана в Анкаре написал еще один проект письма, в котором ему удалось использовать русское слово «извините», оказавшееся сильнее, чем «мы сожалеем» (sorry), но не таким сильным, чем «прошу прощения» (apology).
Эрдоган подписал это письмо и попросил Калына немедленно его доставить. Самолет пресс-секретаря турецкого лидера вылетел из Анкары в 3 часа ночи 24 июня. Первую остановку он сделал в Стамбуле, чтобы забрать оттуда Чаглара, его советника и переводчика. Вылетев из Стамбула, самолет столкнулся с риском недопуска полета через небо Грузии, Азербайджана, Туркменистана и Узбекистана. МИД Турции вызвал столицы всех этих стран, в итоге президентскому джету удалось получить разрешения от Тбилиси, Баку и Ахшабада, однако Ташкент так и не ответил — небо над Узбекистаном было закрыто из соображений безопасности в связи с саммитом ШОС.
Назарбаев предложил предоставить президентский вертолет, который забрал бы Калына и Чаглара вблизи узбекской границы, но их самолет был вынужден кружить над Туркменистаном, вырабатывая топливо. Тогда Назарабаев обратился к узбекскому президенту Исламу Каримову с просьбой пропустить «его гостей из Турции», и Керимов разрешил.