Перейти к содержимому





- - - - -

Колонна Тельмана (1936)

Опубликовал: FL1, 15 Январь 2010 · 302 Просмотров

Название: Die Thaelmann-Kolonne (Spaniens Himmel) Колонна Тельмана (Небо Испании)Описание: "Spaniens Himmel breitet seine Sterne... Простирается звёздное небо Испании..."
Песня посвящена немецким коммунистам из батальона им. Тельмана XI интербригады. Написана немецкими эмигрантами в Париже в 1936 г., в самом начале участия интербригад в гражданской войне в Испании, и быстро стала там "настоящим шлягером". Песня была также исключительно популярна в ГДР первых послевоенных лет.
Музыка: Paul Dessau Слова: Gudrun Kabisch 1936г.

1. Запись сделана в Барселоне на Odeon-Studio в 1937 г. Исполняет: Эрнст Буш (Ernst Busch) и хор XI интербригады Исполнение 1937г.
Download mp3 file:
http://www.sovmusic....php?fname=s9402

2. Запись 1963 г., исполнение очень похожее, хорошая иллюстрация к изменившимся возможностям звукозаписывающей техники.
Исполняет: Эрнст Буш (Ernst Busch) Исполнение 1963г.
Download mp3 file:
http://www.sovmusic....php?fname=s9401

"Die Thaelmann-Kolonne (Spaniens Himmel)", "Колонна Тельмана" (другое название - "Небо Испании")
Музыка: Paul Dessau Слова: Gudrun Kabisch

Spaniens Himmel breitet seine Sterne
Über unsre Schützengräben aus.
Und der Morgen grüßt schon aus der Ferne,
Bald geht es zu neuem Kampf hinaus.

Die Heimat ist weit,
Doch wir sind bereit.
Wir kämpfen und siegen
Für Dich: Freiheit!
Dem Faschisten werden wir nicht weichen,
Schickt er auch die Kugeln hageldicht.
Mit uns stehn Kameraden ohnegleichen,
Und ein Rückwärts gibt es für uns nicht.

Die Heimat ist weit,
Doch wir sind bereit.
Wir kämpfen und siegen
Für Dich: Freiheit!
Rührt die Trommel! Fällt die Bajonette!
Vorwärts, marsch! Der Sieg ist unser Lohn!
Mit der Freiheitsfahne brecht die Kette!
Auf zum Kampf, das Thälmann-Bataillon.

Die Heimat ist weit,
Doch wir sind bereit.
Wir kämpfen und siegen
(spätere Fassung: «Wir kämpfen und sterben»)
Für Dich: Freiheit!

Перевод:

Небо Испании свертывает свои звезды
Над нашими стрелковыми окопами.
И утро приветствует уже издалека,
Скоро выходить для нового сражения.

Родина далека,
Но мы готовы.
Мы сражаемся и побеждаем
Для тебя: Свобода!
Перед фашистом мы не отступим,
Хоть он посылает пули градом.
С нами стоят товарищи беспримерные,
И обратного пути для нас нет.

Родина далека,
Но мы готовы.
Мы сражаемся и побеждаем
Для тебя: Свобода!
Бейте в барабаны! Примкните штыки!
Вперед, марш! Победа - это наша награда!
Со знаменем свободы разбивайте цепи!
В бой, батальон Тельмана.

Родина далека,
Но мы готовы.
Мы сражаемся и побеждаем
(более поздняя формулировка: «Мы сражаемся и умираем»)
Для тебя: Свобода!

http://lh4.ggpht.com...00/С?щгщ.JPG
Фото. Страница из песенника "Canciones de las Brigadas Internacionales", изданного Эрнстом Бушем в Испании в 1938 году.

Версия этой песни на английском языке:
Изображение

Название: Говорит Эрнст Тельман
Описание: "Вперёд, рабочие колонны!" В начале записи звучит "Гимн Коминтерна" в исполнении Буша, но уже с послевоенной версией текста. Затем речь Тельмана и рассказ очевидца. В конце - песня "Колонна Тельмана" (исполнение 1937 г.).
С пластинки "Кругозора" №10 (3) 1974 года
Download mp3 file:
http://www.sovmusic....hp?fname=s10170

Изображение
Испания, 1937 г. Бойцы батальона им. Тельмана.

Изображение
Испания, 1937 г. Бойцы батальона им. Тельмана.

Изображение
Испания, 1937 г. Бойцы батальона им. Тельмана перед боем.

Советская позиция по Великий Отечественной войне никогда не сводилась к обвинению всего немецкого народа, как такового, в ведении захватнических войн. Даже в самые жаркие моменты военных действий Советское правительство рассматривало немецкий народ в качестве жертвы гитлеровского режима. Именно поэтому в ГДР, в отличие от ФРГ, не проводилась кампания по психологической переделке рядовых немецких граждан, не вводилось понятие коллективной национальной ответственности. Сравнение национальной политики в ГДР и в ФРГ, кстати, очень интересно.


http://www.scepsis.r...ry/id_2070.html
Модель ФРГ:
Одним из следствий приятия бывших нацистов в немецкое общество (ФРГ) стало провозглашение «коллективной вины» всего народа: ведь если виновны все, то невозможно уже обвинять отдельных лиц. А поскольку абсолютно все не могут быть виновны, то делался вывод, что не виновен никто.


В русле национальной политики ГДР особым почетом пользовались интернационалисты-участники войны в Испании. В 1946 году по поводу 10-летнего юбилея событий в Испании в Берлине проводился съезд ветеранов интербригад. В советской зоне оккупации Германии, а позднее в ГДР первых лет, песня "Колонна Тельмана" была самой часто исполняемой (она звучала чаще, чем гимн страны).

И сейчас прослеживается закономерность: на немецкоязычных сайтах первой среди песен Буша упоминается именно "Колонна Тельмана (Небо Испании)", на англоязычных - "Болотные солдаты", у нас самая известная - "Песня Единого фронта".

В частности, "Колонна Тельмана" в спектакле 1945 года:"

Тюремный врач, предрекавший конец артистической деятельности Эрнста Буша, к счастью, ошибся. Благодаря хирургическому вмешательству и упорному лечению лицо артиста постепенно приобрело прежние черты, резкий шрам со временем сгладился, подвижность мышц левой щеки в значительной степени восстановилась. Но еще до того как это произошло. перед Бушем встала необходимость вернуться на сцену, принять участие в восстановлении немецкого театрального искусства. И он нашел в себе силы преодолеть физическое и моральное препятствие, лежавшее на его пути к сцене и эстраде. Когда режиссер Карл Гейнц Мартин предложил Бушу сыграть главную роль в драме английского писателя Роберта Ардри "Маяк" ("Скала грома"), которую предполагалось поставить на сцене Геббель-театра в западной части Берлина, Буш принял мужественное решение: он будет играть, несмотря ни на что, несмотря на ранение, исказившее его лицо, несмотря на физическую слабость - результат тягчайших испытаний последних лет.

Как писал Герберт Иеринг, ранение лица сделало Буша еще упрямей в борьбе за совершенство, еще непримиримей ко всякой фальши, еще неуступчивей в исканиях правды, еще опасней для врагов.

Двенадцать лет Буш не выступал на сцене как актер. Двенадцать лет он не видел огней рампы. И вот в один из ноябрьских дней 1945 года в только что восстановленном здании Геббель-театра состоялась премьера "Маяка".

На этом спектакле присутствовал молодой офицер Советской Армии Арсений Гулыга, служивший тогда в Отделе культуры Управления Военного коменданта Берлина. В № 10 журнала "Театр" за 1968 год опубликованы его воспоминания об Эрнсте Буше, выдержки из которых я приведу:

"...Театр имени Геббеля расположен на территории, оккупированной американцами. У Потсдамерплац нас встречает огромный щит с надписью на четырех языках: "Вы въезжаете в американский сектор". Никакой разницы по сравнению с английским сектором, который мы только что пересекли, и русским заметить нельзя: те же развалины, та же фанера в окнах вместо стекол.

Театр отремонтирован и хорошо освещен, но в зрительном зале холодно; большинство присутствующих в верхней одежде.

Гонг. Гаснет свет, подымается занавес. На сцене - в разрезе - башня маяка, установленного на Скале грома - пустынном островке на озере Мичиган. Кроме смотрителя маяка, здесь никто не живет. Только раз в месяц прилетает инспектор, чтобы проверить документацию и доставить продовольствие. Вот сейчас на сцене двое - инспектор и летчик; смотрителя не видно. Из разговора узнаем, что смотритель - его фамилия Чарлстон - необычный человек. В недавнем прошлом талантливый журналист, привыкший находиться в гуще мировых событий, он, изверившись во всем, поселился на Скале грома и ничего не желает знать о том, что происходит вокруг.

...Когда актер, игравший роль смотрителя, вышел на авансцену, в зале раздались аплодисменты. Кто-то за моей спиной отчетливо произнес: "Эрнст Буш".

Буш? Это имя мне было знакомо. Эрнст Буш выступал по Московскому радио; "Марш левой, два-три! Марш левой, два-три!" - учили мы в школе и пели на демонстрациях; на фронте наша звуковещательная станция заводила пластинки Буша для немецких солдат, пытаясь пробудить в них чувство классовой солидарности. Но ведь он погиб в Испании?.. Я заглянул в программу, там черным по белому стояло его имя. Неужели это тот самый Эрнст Буш?..

Тем временем на сцене инспектор безуспешно пытается пробудить у Чарлстона интерес к политике, к судьбам мира и человечества (действие в спектакле происходит в августе 1939 года, накануне второй мировой войны). Летчик Стритер, кстати, давний приятель Чарлстона, сообщает ему о своем решении уехать в Китай сражаться с японцами; он зовет с собой Чарлстона: ему нужен бортстрелок, на которого можно положиться. Чарлстон отказывается; он не трус, но считает бесперспективной любую борьбу. Перед его глазами пример Испании: там он принимал участие в гражданской войне, и чем все это кончилось? Он горел тогда энтузиазмом, он пел вместе со всеми:

Die Heimat ist weit,
Doch wir sind bereit.
Wir kämpfen und siegen
Für Dich: Freiheit! (*)

* Родина далека, но мы готовы сражаться и побеждать для тебя - свобода! (Припев песни П.Дессау "Колонна Тельмана").

...Эту песню я знаю; она называется "Колонна Тельмана". И голос узнаю: так петь может только Эрнст Буш. Но я никогда не знал, что Буш - драматический актер. Да еще какой!..

...Спектакль произвел на меня неизгладимое впечатление. Сейчас, двадцать три года спустя, я помню его в деталях, помню мерцающее освещение сцены, одухотворенное волевое лицо Буша, железную логику его рассуждений. Как нужна была эта логика миллионам немцев, в отчаянии взиравшим на руины родных городов! Как часто впоследствии я вспоминал эту логику, когда уже в иных ситуациях мне приходилось сталкиваться с проблемой смысла и цены человеческой деятельности.

Через несколько дней я снова был в театре имени Геббеля. И передо мной снова прошли мучительные искания моего современника журналиста Чарлстона. После спектакля меня провели за кулисы и познакомили с Бушем.

- Здравствуйте, товарищ, - довольно четко произнес он по-русски.
- Вы знаете русский язык?

Буш отрицательно покачал головой. За свою бытность в Советском Союзе он выучил всего лишь несколько русских слов, знал по-русски последнюю строфу песни "Болотные солдаты" и мог безупречно произнести фразу, которой, по-видимому, в Москве ему часто приходилось пользоваться: "Ленинградского пива, пожалуйста".

Довольно быстро мы подружились. Участник войны в Испании, узник гитлеровского застенка, освобожденный Советской Армией, Буш казался мне олицетворением антифашизма. Борец-художник, он излучал совершенно непередаваемое в словах обаяние; его открытая, простая манера обращения буквально притягивала окружающих. С нами, советскими офицерами, он держался, как единомышленник, как равный".

" [1]


  • 0



моего знакомого одного назвали Тельман))
    • 0

моего знакомого одного назвали Тельман))

И у меня был один знакомый Тельман, правда чмо такое, редкостное... :D


моего знакомого одного назвали Тельман))

И у меня был один знакомый Тельман, правда чмо такое, редкостное... :)

:D

мы наверное про разных говорим, тот которого знаю я - из Талгара, а ваш?
    • 0



моего знакомого одного назвали Тельман))

И у меня был один знакомый Тельман, правда чмо такое, редкостное... :D

:)

мы наверное про разных говорим, тот которого знаю я - из Талгара, а ваш?

Я тоже думаю, что о разных, наш Алматинский был :D
X

Размещение рекламы на сайте     Предложения о сотрудничестве     Служба поддержки пользователей

© 2011-2016 vse.kz. При любом использовании материалов Форума ссылка на vse.kz обязательна.